Ах, если бы я хотела стать землеройкой, то я бы родилась ею! Но я — Блоха, правая лапа Главы, его глаза и уши! Я хочу показать себя на поле боя. На худой конец, я хочу блистать умом и когтями на важном задании, а не вот это всё! Выследила я, вынюхала, что эту идеальную псину, ну того самого, телохранителя Императора, отправляют с тайной миссией в земли за пустыней. Золотой мой шанс! Прибежала к Главе с планом и выложила всё как есть в благородном порыве. «Позвольте, Глава, — говорю, — мне, ничтожной, провести его тропами, что знаю лишь я да ящерки песчаные! Напою из тухлого оазиса, доведу полуживого, а уж там все секреты сами из него вытекут, как сок из перезрелой хурмы! А потом мы его… В общем, не вернется он с докладом к трону!» И что же Глава? Мой Глава, предводитель гашаш, умнейший из умнейших, чья улыбка — как первый луч солнца на горной вершине, а взгляд — пронзительный, как зимний ветер. Я замерла вся до кончиков ушей! Я так и видела, как Глава оценил мою хитрость и позволит уморить злосчастную псину в самом сердце пустыни! О, с каким удовольствием я бы это сделала! Но… Но он… Он лишь усмехнулся той самой усмешкой, от которой у меня подкашиваются лапы. «Мышь в пустыне ловит не того зверя, кто быстрее, а того, кто знает, где скрывается тень. — И голос его льется, как теплый мед. — Бай Бай Дэ справится с этой задачей не хуже тебя. Он тоже знает все тени. Пусть идет». ЧТО?! КАК?! Как, я вас спрашиваю! Немыслимо! А вот так! Мою идею, выстраданную в бессонных ночах и трепетных мечтах, он отдает вонючему Бай Бай Дэ! Этому шакалу, у которого изо рта пахнет, будто он ел тухлые яйца, закусывая старой кожей! Бай Бай Дэ, который едва ли может выследить собственную тень, не то что секрет! А мне… О, мне выпала «великая честь». Не принести голову псины на подносе нашему Главе, чтобы он взглянул на меня с гордостью, не добыть славу гашаш… Нет. Он решил, что я буду ему полезной на каком-то замшелом острове. И мы уже который день бродим здесь, среди развалин, где пахнет только плесенью, тоской и моим гневом. «Здесь, Блоха, спрятана сила древнее нашей, — говорит Глава, и его прекрасное лицо озарено внутренним светом вдохновения. — Мы ищем ключ. Ты должна чувствовать его… Ты же чуткая». Чуткая? Я чувствую, как во мне бурлит яд разочарования и глупой обиды! Чувствую, как в моих фантазиях лапы сжимаются на глотке псины! Зачем мы здесь? Что делаем на солнцепеке на острове, где даже не с кем сразиться! Почему он заставляет меня нюхать древние камни и что мы ищем? Я роюсь в этой пыли, как глупая землеройка. Вот он, мой удел — быть живой кисточкой для сметания пыли с разрушенных алтарей, пока он ищет неизвестные нам ключи. Лучше бы я с Бай Бай Дэ пошла… Хоть бы злилась на его тупость, а не на собственное бесполезное лазанье по камням. Временами мне кажется, что Глава и сам не знает, что мы ищем. Он лишь повторяет те глупые стишки, что когда-то бормотал пес. Хм… Может это заразно? Надо будет провериться.