Григорий отработал опером пять лет. За это время успел жениться и развестись. Жена ушла со словами: «Тебе даже кошку заводить нельзя, она с голоду и от одиночества помрёт, потому что тебя никогда не бывает дома, ты женат на своей работе!» Год уже, как Гриша один в однокомнатной квартире. Редкие «набеги» домой всегда сопровождались одинокой пьянкой перед телевизором. От тоски хотелось выть - не с кем даже словом обмолвиться. Пару раз друзья-кинологи давали щенка, это помогало держать себя в руках пару дней, но проблема в том, что за собакой нужен уход: прогулки и занятия. А с такой работой заниматься с питомцем нет возможности. Сегодня опять задержался допоздна, заскочил в ларёк за «антистрессом» и, подходя к шлагбауму на въезде во двор своей многоэтажки, задержался, разговорившись с охранником. За пять лет, что он прожил в этом доме, успел сдружиться со всеми четырьмя сторожами. Работали они сутки через трое и Григорий иногда коротал с ними вечерок под «чаёк». От разговора их отвлёк громкий смех и дикое кошачье мяуканье, переходящее в визг. Опер ринулся за угол магазина на звуки потасовки. Три паренька лет по тринадцать пытались запихнуть в мешок кошку. Животное сопротивлялось и орало на всю улицу, успевая хорошенько царапать руки и лица своих мучителей.

– А ну, стоять! – От громкого и неожиданного окрика Григория пацаны замешкались и кошка вырвалась. Видя, что им больше не обломится, а вломить могут – ребятня бросилась врассыпную. А вот кошка даже и не думала убегать, наоборот, спряталась за ноги оперативника. Из-за дальнего угла здания выглядывала любопытствующая мордаха одного из скрывшейся компании. Значит, уходить не собираются: ждут когда можно будет опять заняться несчастным животным.

– Ну и что мне теперь с тобой делать? – Вопрос был риторический. Гриша, однозначно, не оставил бы живность в беде. Присев на корточки, погладил кошку по иссиня-чёрной шёрстке, и гостья, недолго думая, забралась к нему на руки и замурлыкала.

– Ишь, какая громкая... Мурчишь как трактор. Ну, что ж, Мурка, пошли ко мне. Завтра на работе спрошу, может кому нужна такая красавица. Охранник вышел из своей будки, чтобы узнать у Григория, что там произошло. На рассказ – только головой покачал.

– Жестокая нынче молодёжь пошла. Ничего святого для них нет. Дома, пока Григорий варил магазинные слипшиеся пельмени, Мурка по-хозяйски обследовала каждый угол однокомнатной квартиры. Видимо, осталась довольна осмотром, пришла на кухню и, расположившись на диванчике, наблюдала за готовкой.

– Извини, но кошачьего корма у меня нет. Пельмени будешь? – Парень глянул на кошку и кивнул на её «мур». – А сколько? Каково же было его удивление на её два «мяу».

– Ну два, так два, – сказал Григорий, чтобы скрыть неловкость от своих мыслей: «Дожился. От одиночества с кошкой разговариваю... И она мне отвечает... Первый признак...» Пока на блюдечке остывали два пельменя, парень накрыл себе столик перед телевизором. Поставил кошке еду на пол и отправился в комнату. Налил первую стопочку и почувствовал на себе взгляд. Кошка сидела в коридоре и пристально смотрела на него.

– Ты что? Уже съела? – Парень вернулся в кухню и обнаружил нетронутую еду. – Что компания нужна? Ну, пошли. Взял блюдце и отнёс в комнату, кошка пошла за ним и запрыгнула в кресло, рядом с накрытым столиком. Грише ничего не оставалось, как поставить кошкино угощение на край столешницы. Мурка благодарно заурчала и приступила к поглощению вкуснятины.

– Да ты, смотрю, у нас – культурная, – засмеялся парень, – с пола мы не едим. Так и скоротали вечер вдвоём. Мурка, свернувшись калачиком, уснула в кресле, парень тоже незаметно задремал перед телевизором. Утром проснулся от звонка будильника, что странно – в своей постели. Как туда перебрался, вспомнить не смог. Ещё одна странность – со столика всё убрано. Зашёл на кухню – посуда вымыта и расставлена по местам. Вроде бы и не так много употребил, чтобы не помнить, как прибирался. За окном что-то грохнуло. Ух, это Мурка забралась на подоконник с улицы, благо первый этаж, и запрыгнула в открытую форточку.

– С добрым утром, красавица. Извини, вчера не подумал тебе лоток поставить. Смотрю ты сама додумалась на улицу сбегать, – проговорил парень, поглаживая пушистую беглянку. «Надо форточку открытой оставить и охранника попросить, чтобы поглядывал, ему хорошо мои окна из будки видно, думаю, не откажет» – с этими мыслями опер собрался и пошёл на работу. День прошёл быстро, но ни разу Григорий не решился кому-нибудь предложить кошку. Что его останавливало, сам не понял. Всё искал плюсы в её поведении. Ест, что дают – не выкобенивается. В туалет, как оказалось, на улицу ходит, с лотком проблем не будет. А ему есть с кем «поговорить», хоть и в одну сторону, без ответов. Хотя, после вчерашнего подсчета пельменей, он уже сомневался, что связь односторонняя. В таких раздумьях, с улыбкой, парень зашёл в квартиру. В комнате, на кресле, вытянув лапки и прогнув спинку, потянулась сонная Мурка. Спрыгнула на пол и вальяжной походкой направилась за Гришей в кухню.

– Сегодня у нас с тобой будет нормальный ужин, – говорил парень, доставая покупки из пакетов и раскладывая, что в шкафчики, что в холодильник, – любишь мясной гуляш? По глазам вижу, что любишь. Вот мы с тобой сейчас мяско потушим, картошечку отварим, салатик забацаем. Хозяин крутился по кухне как заведённый под одобрительное мурлыканье кошки. Надо же, будто понимает всё, только сказать не может. Настроение поднималось, и парень что-то напевал себе под нос под шум готовки. Ужинали там же, в комнате, перед телевизором. На краю стола шикарно разместилась глубокая суповая тарелка, заполненная отменным тушёным мясом. Кресло с кошкой было придвинуто ближе к столику, для большего удобства чёрной подруги. Григорий был рад её соседству. Впервые за долгое время ему не хотелось выпить и забыться. Он рассказывал Мурке о том, как прошёл его день, а она слушала и одобрительно мурлыкала. Наевшись «от пуза», парень не заметил, как задремал под мерное урчание кошки. Прозвенел будильник и Гриша удивился очередному провалу памяти. Он опять проснулся в своей постели и не помнил, как убрал со стола и вымыл посуду. Странно, ведь вчера он даже не пил. Почему память стала подводить? Может к врачу обратиться? И что сказать? Засыпаю и «луначу» во сне? Как зомби хожу по квартире, прибираюсь, а потом не помню? Доктор либо посмеётся, либо направление в психушку выпишет. Ладно. «Будем посмотреть» как говорится. Очередной день на работе пролетел незаметно. Вечером оперативник спешил домой как на свидание с любимой. «Там Мурочка одна весь день сидит, скучает». Улыбка не сходила с лица парня – его кто-то ждёт, он не один. Охранник на воротах его притормозил:

– Гриш. Я тут сегодня за твоими окнами наблюдал. Что-то неладное творится. Пару раз из форточки чёрная кошка выпрыгивала и назад возвращалась, а вечером свет в квартире горел и тень мелькала, будто ходил кто-то. Но точно не через окна залезали. Ты на всякий случай проверь замки. В груди неприятно кольнуло. Кому надо в квартиру полицейского залезать? Может, давешняя ребятня решила кошку выкрасть? Да ну, бред какой-то. Уже заскакивая в квартиру, про себя отметил, что замки целые и легко отрываются ключами, значит, не тронуты.

– Мурка! Мурочка, ты где? – крикнул парень с порога. Из комнаты донеслось вопросительное «мяв», и в коридор выскочила удивлённая кошка. Он взял животное на руки и, нежно поглаживая, ощупывал её на предмет «целостности тушки».

– Ты в порядке? Не напугалась? Кто тут был? Тебя не обидели? – вопросы сыпались как из рога изобилия. – Эх, была б ты человеком, так хоть ответила бы. Учиняю тут допрос, а кому, спрашивается? Ну, не бойся, я с тобой. Не выпуская кошку из рук, парень разулся и прошёл по квартире. Никого не было. Зато в помещении чистота, все полы вымыты, пыль вытерта и даже вещи сложены. Опять странности. Если были воры – то ничего не украдено. Да и какой вор станет чистоту наводить там, где собирается грабить? Нестыковочка. Долго думал, голову ломал и так и эдак. Ни к каким выводам не пришёл и плюнул. Всё же хорошо, чего тут себе проблемы рисовать, а охранник в темноте мог и окна перепутать. Всякое бывает. Вечер провели, как и предыдущий, перед телевизором, объедаясь вкусняшками. Мурка с кресла перебралась на колени Григория и, мурлыкая, наслаждалась поглаживаниями.

– Эх, Муришка, хорошая ты у меня, нежная. Если б ещё стирать умела, ей богу, женился бы, – приговаривал парень, почёсывая кошку за ухом. Этим утром Гриша проснулся до будильника. Что-то его насторожило: какой-то посторонний шум на кухне, будто посудой гремят. А не вчерашние ли «гости» опять пожаловали? Взяв в руки табельный пистолет, осторожно направился в коридор. Дверь в кухню была открыта и там точно кто-то был. Осторожно ступая, приблизился к дверному проёму и резко наставил пистолет на стоящего... стоящую... Около плиты суетилась очаровательная девушка с черными длинными волосами, плавными волнами спускающимися по спине. На ней была одета ЕГО футболка, которая по длине доставала ей до середины бедра и выглядела как туника. Она резко обернулась и взглянула на него большими зелёными глазами.

– Странный ты, Гриша. Вчера жениться обещал, а сегодня пристрелить собрался...

– Т… ты кто?

– Как кто? Мурка твоя. Так же ты меня назвал? Мурка. Муришка.

– Н… но ты – человек...

– Как точно ты заметил. – Проговорила улыбающаяся девушка. – Благодаря тебе я опять стала человеком. И, пожалуйста, прекрати тыкать в меня пистолетом. Это по крайней мере невежливо. Оперативник убрал пистолет на место и вернулся на кухню. Девушка налила чай, поставила перед ним тарелку с яичницей и колбасой и, сев напротив, поведала свою историю. Когда-то давно Млада жила в большом селе и ухаживал за ней парень. Сам из себя видный да пригожий. Только не люб он был девице, не испытывала она к нему чувств. А бабушка этого парня ведьмой была. Многие на селе к ведьмачке захаживали за приворотами да другими делами. Узнала про внука да и осерчала на Младу. Проклятье наложила: ходить ей в зверином обличье до той поры, пока к ней по-человечески относится не станут да душой не прикипят. Вот так и прожила она в шкурке кошачьей почти две сотни лет, пока Григорий не стал к ней относиться как к родной, как к человеку.

– Вот так и получается, что ты мой Иван-Царевич, а я твоя Лягушка-Царевна.

– Ага, – ответил улыбающийся парень. – Только та стрелу поймала, а ты – чуть пулю не словила. Слово за слово, напомнила ему Млада о том, что жениться хотел. А Гриша то и рад радёшинек. Девушка красавица, всё при ней, а глаза то какие зелёные, в них утонуть можно. Документы по своим каналам Григорий быстро сделал, а там и заявление в ЗАГС подали. Так и живут – душа в душу, она дома его ждёт да по хозяйству хлопочет, а он службу несёт да после работы домой спешит, к своей Мурочке. Эту историю мне рассказал охранник, который сидит в будке на въезде к моей многоэтажке. А закончил он со словами: «Вот так в жизни и бывает. Чьё-то спасение от беды – может перевернуть всю твою жизнь».