Космическая академия, по сути, была обычным ангаром, чья левая сторона имела форму сотов, где и находились корабли, на которых студентам и предстояло учиться управлять. Совершив беглый осмотр, я поспешила внутрь, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Сама академия находилась на астероиде, застрявшем в туманности. Изначально атмосферы у него не имелось, поэтому был установлен купол. Я впервые оказалась в таком месте, поскольку всю жизнь их избегала. Вот не могла я чувствовать себя спокойно среди бескрайнего космоса, да и путешествовать не любила.

Сейчас же у меня не было выбора. Почти год без работы и тут такое везение: утвердили на место секретаря ректора. Честно говоря, мой круг обязанностей пока ясен не был. До этого я работала аналитиком в планетарной полиции, где меня и подвело образовавшееся за семь лет чувство безопасности. Я всего-то заметила расхождение в бюджете и закупках, капнула чуть глубже, собрала доказательства и отнесла начальству, а на следующий день меня уволили за несоответствие должности. Хуже всего то, что найти работу ни на своей, ни на соседних планетах я уже не смогла. Поэтому и ухватилась за эту, отправившись в соседнюю галактику. Правда, не помню, чтобы я на неё подавалась. Тем не менее я здесь. Пройдя проходную, показала документы на назначение и, следуя подсказкам встречных людей, нашла административное крыло. Тут тоже пришлось попетлять, но я всё же попала в кабинет кадровой службы. Получив пропуск, ключ от общежития и подключившись к местному ИИ, отправилась заселяться, стараясь не думать о том, с каким удивлением они смотрели на мои документы. Складывается такое впечатление, что меня не ждали.

*** Едва я нашла свою комнату, как пришло сообщение от ректора академии. Ю́джин Рек-Рейн желал со мной познакомиться. Личность он загадочная, известно, что ректор почти никогда не покидает астероид. За те десять лет, что он управляет этим местом, улетал всего пару раз. При этом никогда не брал отпуск. Одним словом – трудоголик, и работать с таким будет нелегко. Я же для себя поставила временные ограничения – три года. Согласно моим расчётам, этого времени будет достаточно, для того чтобы вернуться на планету уже без клейма уволенной. Главное, чтобы ректор Рек-Рейн меня не уволил.Поэтому я поспешила навстречу. Из административного корпуса в учебный вела скоростная кабинка. Это как лифт, двигающийся по любой заданной траектории, на бешеной скорости. Хоть кабинка и компенсировала давление, но с непривычки у меня всё равно закружилась голова. Как же я не люблю все эти технологии! Честно говоря, я даже водить планетарный корабль не умею и перегрузки переношу крайне плохо. Покинув кабинку, пару минут постояла, приходя в себя и настроив карту, отправилась к кабинету ректора.Похоже, он сделал всё, чтобы добраться до него было непросто. Сначала я поднялась на лифте и оказалась в огромном общем зале. На данный момент он был заполнен студентами, которые куда-то бежали, замирали и пытались что то писать, сидя прямо на полу, не дойдя десяток метров до угла. Кое-как пробившись через этот поток, вышла к лифтам, и оказалось, что их великое множество, но это всё равно, они все были забиты. В нужный я смогла попасть только с десятой попытки, следом пришлось пересесть в другой, а дальше, воспользовавшись эскалатором, спуститься на три этажа и снова подняться на один. Только после этого я оказалась в учительском крыле, где за высокими дверьми пряталась приёмная, а за ней нужный мне кабинет. Чувствуя себя так, словно прошла квест, где предполагалось убегать от маньяка, постучалась.

*** Разрешение войти не заставило себя долго ждать. Ректор сидел в огромном кабинете, и чтобы до него дойти пришлось сделать не менее сорока шагов по цветным панелям, имитирующим красную дорожку. За его спиной располагалось окно, показывающее бескрайний космос, что вызвало недоумение. Я бы на его месте, включила голограмму, которая показывала бы более приятный пейзаж. Например: море или даже водопад. Инопланетянин же имел собственное представление красоты. Хотя меня больше волновало его спокойное, безэмоциональное выражение лица. Мужчине на вид лет тридцать, платиновый блондин, волосы убраны в куцый хвостик на затылке. Форма лётчика, напыление нескольких линийна одежде тоже что-то означают, но я не разбиралась в этих лётных различиях. Да и с инопланетянами как-то не особо дружила. Во всяком случае с сибийцами пересекалась крайне редко. – Здравствуйте, ректор Рек-Рейн, меня зовут Анжелика Малышкина, я ваш новый секретарь. – Рад, что вы добрались. После долгого перелёта вам необходимо время для восстановления? Вообще-то, да, но его холодный тон меня задел. Даже не знаю, почему вспыхнула. Пришлось усилием воли тушить этот пожар. – Мне бы хотелось получить ваши указания о моих обязанностях. Его вопрос я сознательно проигнорировала. Разумеется, я устала и хочу прилечь. Вещи тоже ещё не разобраны. Поэтому рассчитывала, что он не нагрузит меня работой сразу. Хотелось бы иметь возможность уйти в общежитие для сотрудников. Хотя, как только я представила обратную дорогу, всерьёз задумывалась о приобретении раскладушки. – В таком случае примите контакт, – сказал он. Ректор коснулся своего вживлённого в висок коммуникатора: небольшое устройство размером с мизинец, вразнобой мигающим цветовым рядом от слабого жёлтого до ярко-оранжевого, разумеется, имплантированного, и вытащил контакт. Делать нечего, пришлось принять файл, и следом на мой носитель прилетела куча допусков и документов. – Мы тут не пользуемся стандартными планшетами, вся информация висит на удалённом носителе. Доступы можно получить с личного коммуникатора или рабочего терминала. Изучите моё расписание и некоторые требования. Ваш рабочий стол в приёмной. Надеюсь, завтра утром увидеть вас за ним. Это он так намекнул, чтобы я не опаздывала? – Я поняла. – Тогда можете идти. Не забудьте получить форму. Он вернулся к своей работе, снова завесившись большим количеством экранов. Я же поспешила выйти в приёмную. Тут я немного задержалась и осмотрелась. Стол стоял так, чтобы секретаря было видно, стоит дверям открыться. Мне это не очень понравилось. Так что, буду надеяться, ректор уже заработал себе славу ледышки, и к нему лишний раз никто не приходит. Вот, кстати, не совсем поняла зачем мне целых два экрана голограммы? Ткнув в один из них, полюбовалась на красную зигзагообразную линию, означающую «доступ запрещён». Поскольку меня ещё не внесли в систему, со спокойной душой покинула приёмную, отправившись в обратный путь.

*** Более тщательный анализ интерактивной карты показал, что есть способы добраться до приёмной быстрее, но я не сообразила зайти за стену и пересесть в другую капсулу. Она бы выкинула меня в десяти шагах от приёмной. Кстати, и я бы не потратила ещё полчаса, возвращаясь в общежитие. Оказавшись в безликой комнате, где чётко по центру стояла кровать, две двери расположены напротив друг друга. За одной я нашла шкаф, а за другой – узкое помещение с туалетом и душевой кабиной. И всё в серо-синих тонах. В общем, мои чемоданы ярко-жёлтого цвета выделялись на общем фоне обстановки как нелепое пятно. Вот с них я и начала, словно хватаясь за последний рубеж своей привычной жизни. Раскрыв чемоданы, постояла над ними и рухнула на кровать. Одновременно с этим позвонила Маша. Обрадовавшись, тут же взяла трубку: – Отдел кибербезопасности никогда не спит? – поинтересовалась я. – Всего-то три часа ночи, – фыркнула подруга. Я хмыкнула и положила подушку под голову. Разница во времени больше всего меня печалила. Когда тут день, на Вероне ночь. Я даже семье позвонить не смогу, поскольку все в это время будут спать. Разве что подруга полуночница сможет со мной поболтать. – Добралась отлично. Немного устала. Но в целом всё в порядке, – доложила я. – Я знала, что у тебя всё получится, а теперь слушай отчёт. Я растерялась, а подруга продолжила: – Ю́джин Рек-Рейн, возглавляет академию… всю свою сознательную жизнь, хотя до этого примерно столько же был преподавателем. В общем, он жуткий домосед и пустил корни на этом астероиде. – Скучный тип, – пробормотала я, вспоминая его. Красивый, ничего не скажешь. Однако на самом деле я бы сказала, что он ледяной, но подруге об этом лучше не знать. Иначе она меня замучает. – Ну… это ты подруга загнула. Он любитель очень быстрых космических кораблей. – И? – уточнила я: – Это лётная академия, тут все такие. – Не, подруга, ты не поняла. Никогда не садись с ним в корабль, если он идёт за штурвал. Он любит такие перегрузки, что ни один гравитатор не выдержит. Знаешь, это когда тебя пришпиливает к сиденью, как муху мухобойкой, желудок выворачивается… – Так всё, не объясняй дальше, – прервала я это живописное повествование: – И вообще, ты сама, откуда об этом знаешь? – Летала как-то с одним психом во время операции по захвату. Никогда до этого не была так счастлива возвращению на планету. Когда смогла выползти на дрожащих ногах, растянулась на трапе и пыталась справиться с ощущением, что меня затягивает в атмосферу. – Жесть, – оценила я и поёжилась. Боюсь, у меня тут таких целая академия. Аж жаль себя стало! – Ладно, есть подвижки по моему делу? – Пока ничего. Хотя после твоего отъезда наш начальник немного расслабился. Дай время, и он потеряет бдительность. – Лучше ты его не теряй. Меня уволили с волчьим билетом. Я добьюсь и для него того же. – Я в тебе не сомневаюсь, но пока советую наладить нынешнюю работу. После твоего увольнения, удивительно, что тебя хоть куда-то взяли. Начальник очень постарался, чтобы тебя везде внесли в чёрный список. Так что подумай, кто поспособствовал твоему назначению. Подруга отключилась, а мой аналитический склад ума, наконец, полностью заработал. А ведь действительно, как я попала на эту должность, и как меня пропустили, учитывая чёрный список для всех государственных учреждений?