Обожаю этот городской парк: аккуратные дорожки, красивые клумбы, миниатюрные фонтанчики и ажурные беседки. А еще, много чудесных старых лип, которые своими раскидистыми кронами создают в парке прохладу и дарят посетителям умопомрачительный медовый запах во время цветения. Сейчас как раз такое время. Поэтому я каждый день встаю пораньше для того, чтобы прийти в этот парк перед работой, посидеть на скамейке, спрятавшейся в самом дальнем укромном уголке, и почитать книгу. Это успокаивает, умиротворяет, и настраивает на долгий трудовой день. Работаю я в большом торговом центре неподалеку, в сетевом книжном магазине. Именно такую подработку на лето мне удалось найти, и я этому безмерно рада. Пусть зарплата и небольшая, но для студентки без опыта работы — это отличная возможность подзаработать во время каникул.  И среди книг находиться я очень люблю. А вообще, я учусь в самом престижном университете нашего областного города, на филологическом факультете. Да, не самая популярная специальность в наше время, но что поделать, если я не вижу себя никем другим. Книги — моя любовь на всю жизнь. Приехав поступать в большой город из нашего поселка, я первое время была растеряна и испугана. Все чужое, непривычное и незнакомое. Поступила я легко и с общежитием мне повезло, и даже соседки оказались нормальными девчонками. Но все равно в этом городе я чувствовала себя очень одиноко, и лишь книги спасали меня от подступавшей временами тоски. Внешностью меня бог не обидел, поэтому и мужского внимания я удостаиваюсь с завидным постоянством. А мне всего этого не нужно. Почему-то парни считают, что если пригласил девушку на свидание, сводил ее в кафе или кино, то он уже имеет право рассчитывать на что-то большее, кроме обычной дружбы. Вроде как ты уже ему чем-то обязана, он же на тебя потратился.  Противно все это. Куда подевались настоящие рыцари и галантные кавалеры, которые готовы были сражаться на дуэлях и турнирах лишь за один благосклонный взгляд своей избранницы? Как же не хватает простого внимания безо всякого пошлого подтекста, интереса к девушке как к человеку, а не только как к красивому телу.  Подруги считают меня странной и посмеиваются, говоря, что с такими запросами мне никогда не выйти замуж. А я не хочу выходить замуж просто потому, что так положено и все это делают.  Мне не нужен лишь бы кто или кто-то более-менее подходящий. Мне нужен мой, настоящий, именно такой, каким я его себе представляю. И я не готова поступаться своими принципами и тем образом прекрасного принца, который уже сформировался в моем сознании. И разве я многого хочу? Чтобы у нас были похожие цели, мировоззрение, отношение к жизни и к людям. Чтобы парень не пил, не курил и не ругался как сапожник. Чтобы видел во мне человека и принимал такой, какая я есть.  Чтобы слово «честь» не было для него пустым звуком. Чтобы я могла доверять ему, зная, что он ни за что не предаст и всегда будет рядом. И мне совершенно неважно, какого цвета будут у него волосы или какой формы нос. Разве это главное в человеке? Подруги категорически меня не понимали и постоянно советовали читать поменьше романов о рыцарях и королях. Те времена, по их словам, давно в прошлом, а наша жизнь требует совсем других отношений, и ценности в нашем мире совсем другие. Что это за ценности, они представляли весьма размыто. Слова свобода и эмансипация заставляли меня лишь обреченно вздыхать, ведь я прекрасно видела, насколько условные эти понятия в нашем обществе и как сейчас искажен их смысл. Вместо шумных тусовок я предпочитала провести вечер с книгой и к концу первого курса заработала себе стойкую славу заучки. Ну и пусть. Мне так спокойнее, когда нет лишнего внимания. В таких раздумьях я медленно шла по тропинкам сада, приближаясь к своей любимой скамейке. В это раннее время тут вообще не было посетителей, кроме меня, лишь работники ухаживали за дорожками и растениями.  Были они все в одинаковой униформе: синих комбинезонах и милых соломенных шляпах, вызывавших у меня стойкую ассоциацию, что я попала в какой-то восемнадцатый век. Настолько все тут было нереально и не соответствовало современным нормам и стандартам. Задумавшись, я случайно столкнулась с одним из работников, который подрезал пышный розовый куст. Цветы уже практически нависали над дорожкой и мешали по ней идти. Но мне нравилось, проходя, задевать нежные соцветия и колючие по краям листочки, словно здороваясь с цветами. Извинившись, я вскинула на работника взгляд и сразу же смущенно отвернулась. Это был молодой парень с восточной внешностью. Довольно красивый и экзотичный. Видно, что метис, потому что азиатские черты сглажены в его внешности, а европейские добавляют ему необычности. Парень был неожиданно высоким, я едва доставала ему макушкой до подбородка. А его взгляд выдавал явную заинтересованность. Но мне это совсем не нужно. Я и к русским-то парням настороженно отношусь, а тут вообще гастарбайтер какой-то. Что у нас может быть общего? Ищет, наверное, местную жительницу, чтобы заключить фиктивный брак и получить вид на жительство. И за этим точно не ко мне. Я тут сама на птичьих правах. Я обошла парня по широкой дуге и направилась к любимой скамейке. А подойдя, просто застыла на месте. На сиденье лежала роскошная роза: чудесные бархатные лепестки персикового цвета и сочная зелень листьев и стебля.  Роза была идеальной. И мне вдруг стало до слез жаль этот цветок, который срезали с родного куста ради чьей-то прихоти. А ведь она могла бы еще долго цвести и радовать всех посетителей сада, а теперь просто завянет через пару дней в вазе. Это если я возьму ее с собой. А я не возьму. Что это еще за подарки такие? Я растерянно оглянулась на парня, но он невозмутимо продолжал свое дело и даже не смотрел в мою сторону. Что же делать? Жалко ведь цветок. Я аккуратно взяла розу, неосознанно поднося ее к лицу и вдыхая чудесный аромат, а потом решительно направилась обратно к парню. — Простите. — Он оглянулся и выжидающе уставился на меня. — Эта роза, — я вдруг растеряла все слова под его пристальным взглядом, — она лежала там, на скамейке. Она такая чудесная, будет жаль, если завянет. Может, можно поставить ее куда-то в воду? В доме наверняка найдется ваза, а роза украсит любую комнату. — И я протянула парню цветок. — Возьмите ее с собой, раз понравилась, — пожал плечами парень. — В чем проблема? — Просто, — я еще больше растерялась под его взглядом. — Я не люблю срезанные цветы, никогда не держу их дома. Это мой принцип, понимаете? Цветы хотят жить так же, как и люди. И срезать их, чтобы поставить в вазу — это все равно, что убить. А потом любоваться, как медленно на твоих глазах умирает цветок. Это ужасно, вам не кажется? — Никогда не задумывался об этом, — нахмурился парень. — Но сейчас, когда вы озвучили свои мысли, я вынужден с вами согласиться. Если вам станет легче от этого, то скажу, что эту розу все равно пришлось бы срезать, слишком низко эта ветвь была над дорожкой. И цветку грозила бы скорая гибель. А так, мы можем продлить ему жизнь, поставив в вазу, а потом, когда лепестки опадут, можно попробовать посадить черенок, и если повезет, то в следующем году из него вырастет новый прекрасный розовый куст. Как вам такая перспектива? — Очень вдохновляющая, — невольно улыбнулась я. — Но я совсем ничего не понимаю в этом. Не могли бы вы озаботиться спасением этого цветка? — И снова протянула ему розу. — У меня есть идея получше, — улыбнулся в ответ парень. — Я научу вас как ухаживать за розой, чтобы она простояла в вазе как можно дольше, и что нужно будет сделать с ней потом. А вы попробуете сами дать ей новую жизнь. Это ведь ваш подарок. — Мой подарок? — опешила я от такого заявления. — Прекрасная роза для прекрасной девушки, — кивнул парень. — Знаю, звучит банально, но это же правда.  — Это вы положили ее туда? — Я просто не мог поступить иначе. — Обезоруживающая улыбка парня не давала мне на него рассердиться. — Я уже несколько дней наблюдаю за вами. Вы всегда приходите сюда с раннего утра и всегда одна, лишь книга составляет вам компанию. Мне показалось, что вам очень одиноко, вот я и решил порадовать вас небольшим сюрпризом. Не сочтите это за назойливость, просто знак моего внимания и восхищения вашей красотой. — Это… очень неожиданно, — растерялась я от такой откровенности. — Спасибо, но не стоило все же. — Конечно, стоило, — перебил мои невнятные попытки быть вежливой парень. — Хотя бы ради того, чтобы увидеть вашу улыбку. Она вам очень идет, улыбайтесь чаще. — Было бы странно ходить и улыбаться без причины, — невольно хихикнула я, представляя, как иду по саду с широкой улыбкой на лице. — Люди могут неправильно это понять. — А какое нам дело до других людей? Если они неправильно понимают, то это только их проблема, не наша. В это время к нам подбежал сторож и привратник в одном лице, который встречает всех посетителей на входе в парк, и почтительно обратился к моему собеседнику. — Юрий Анович, там ваша матушка приехала. Вы велели предупредить. — Спасибо, Антон Ильич, — кивнул парень. — Скажи, что я скоро подойду. Сторож убежал, а я продолжала переваривать полученную информацию. Какая еще матушка? Откуда у простого гастарбайтера тут матушке взяться, да еще чтобы сторож прибегал о ней доложить? Странно все это.  Я слышала, что этот сад и особняк, которому он принадлежит, выкупил какой-то меценат, пожелавший сделать прогулочную зону для всех горожан. А в особняке затеяли устроить какой-то частный музей, но пока там ведутся реставрационные работы. Музей меня мало интересовал, а вот сад пришелся по душе, и я даже не задумывалась о том, кому все это принадлежит. Какое мне до этого дело? Где я и где новые хозяева этого особняка? Неужели этот парень имеет к ним какое-то отношение? Странно все это. Может, он какой-нибудь главный садовод? Вон как в растениях разбирается, и видно, что очень их любит. — Так что? — нарушил затянувшееся молчание парень. — Будем учиться ухаживать за розой? — Если я вас не отвлекаю, — неуверенно взглянула на него я. — Кажется, вам нужно идти. — Ничего страшного, это подождет, — улыбнулся парень. — Теперь вы знаете мое имя, а я ваше так до сих пор и не узнал, — и он вопросительно взглянул на меня. — Настя, — смущенно улыбнулась я и не смогла сдержать любопытство. — А ваше отчество? Оно очень необычное. — Это потому, что его адаптировали для России, — рассмеялся парень. — Мой отец из Китая, отсюда и необычное отчество. Очень приятно с вами познакомиться, Настя. — И мне, — кивнула я. — Давайте уже ваш урок по цветоводству. А то мне скоро придется бежать на работу. — Тогда, может быть, перейдем на «ты»? — спросил парень. — Так будет гораздо удобнее общаться. — Я не против, — кивнула я. Мне и самой было как-то неудобно выкать такому молодому парню. — Вот и отлично, Настя. Тогда давай присядем, и я тебе все подробно объясню, — парень поманил меня за собой на мою любимую скамейку. С тех пор я больше не была в этом саду одна. Каждое утро на скамейке меня поджидал Юра с очередным презентом. Чаще всего это были какие-то необычные сладости с китайскими иероглифами на упаковке. Любопытство пересиливало, и я принимала эти подарки. А почему бы и нет, если парень нравился мне с каждым днем все больше и больше? Постепенно в наших разговорах я выяснила, что отец Юры, китайский бизнесмен, купил этот особняк для его мамы, которая очень увлекалась старинной архитектурой и музыкой.  Было решено устроить внутри музей, в котором будет звучать старинная музыка, исполняемая вживую на музыкальных инструментах, принадлежавших давно ушедшей эпохе и в наше время не пользующихся особым спросом. А сам Юра очень любит природу, учится заочно на ландшафтного дизайнера в столичном университете и помогает маме обустраивать будущий музей. Оказалось, что у нас с ним так много общего, словно мы выросли вместе. Разве так бывает? Я хоть и мечтала об этом, но до конца не верила, что такое возможно, что совершенно чужой человек вдруг оказывается настолько близок тебе по духу. И расставаться с ним не хочется. И новой встречи ждешь с трепетом и предвкушением. И никогда не бывает скучно в его компании. И даже просто молчать рядом с ним комфортно, и ничуть это молчание не напрягает. А началось все с обычной чайной розы, положенной на сиденье скамейки. Кстати, роза выжила и дала корни. И Юра пообещал мне, что непременно посадит ее в парке в следующем году и назовет этот куст моим именем Анастасия. Мой рыцарь! И кто сказал, что в наше время их не существует?