Не успела я переступить порог редакции, как секретарша Игоря Вячеславовича сообщила мне, что шеф желает пообщаться. Я бросила сумку на кресло и поспешила навстречу желанной судьбе. Старалась не бежать по коридору, полному сотрудников. Здоровалась со всеми. Ухмылялась. Я замечала, какие ехидные у них были улыбочки. На эту должность хотели присесть все, но заслужила только я. Так что дышите глубоко, дорогие коллеги. После трёх я ваш начальник.

Знала бы я в те минуты, когда шла по коридору, что их ехидство вызвано не завистью. Они упивались своим мелочным злорадством. Уже час как было известно, кто займёт место главного редактора. Я, как всегда, из-за пробок и отвоза детей в школу опоздала.

Шеф сидел на ещё своём кресле. На его лице было нескрываемое сожаление. Это меня насторожило.

Присаживаясь в кресло, я даже не успела отдышаться, как Игорь Вячеславович сообщил:

– Марина, я очень сожалею, но твою кандидатуру пересмотрели в последнюю минуту. Мне звонил генеральный директор журнала. На пост главного редактора назначен их человек.

– Как не одобрили? Они же подписали бумаги.

Я выпала в осадок. В ушах зазвенело от скакнувшего давления. Я уже представляла себя на этом месте. И вот я не главный редактор. Как так?

– Подписали и переписали, – Игорь Вячеславович налил мне воды и подал. – Попей. Что ты побледнела, Марина.

Вместо водички я вскочила с кресла.

– Я пахала как лошадь на этот журнал с самого его открытия! Я начинала с самого низа, от «подай-принеси» до редактора отдела. Я не заслужила этой должности?!

Шеф уже подходил ко мне. Пытаясь успокоить, обнял за плечи.

– Я понимаю тебя. Это твоя должность, но потерпи немножко. Ты так долго к этому шла. Несколько лет! Что тебе стоит подождать ещё один годик?

– Один годик? Один годик! Я посмешище сейчас в глазах сотрудников. Назначали и не назначили! Своего москвича прислали! – кричала, негодуя, я.

Вот всегда так – потерпи. А сколько можно терпеть? Ты землю ешь, добиваясь повышения. Идёшь по головам ради заветной должности, и тебе говорят: «Потерпи». Сколько терпеть? Ещё год? Или два? А может, три? Надоело!

Рвалась к власти и упала за два часа до заветной мечты.

– Успокойся, Марина! Мне тоже неприятна вся эта ситуация. Я прочил тебя в главные редакторы как лучшую. Но, как видишь, в Москве решили по-другому, – успокаивал шеф. – Этот человек здесь ненадолго. Он должен показать себя как руководитель, и всё. Потом его ждёт перевод в Нью-Йорк. Марина, – Игорь Вячеславович по-отцовски поцеловал меня в щёку, – для него наш журнал лишь трамплин к успеху, а не жизнь, как у тебя. Год быстро пролетит. Я в Москве постараюсь выбить для тебя эту должность.

Мне стало немного легче. Ладно, потерпим эту выскочку из Первопрестольной.

– Кто этот новый главный редактор? – уже спокойнее спросила я.

– Не знаю. Он будет к трём. Аккурат к совещанию.

Ну вот, мой день испорчен наполовину. Должность я не получила, но ничего. Годовщина впереди. Целый вечер и ночь наедине с любимым мужем.

За два с половиной часа до совещания меня и сестра обломала.

– Мариночка, я не могу забрать племяшей! – кричала она в трубку. – Меня вызвали на работу. Медсестёр не хватает. Я уже еду в больницу. Прости, сестричка.

И молчание. Оборвалась связь. Ну что за день такой?

Пришлось ехать за детьми в школу. Потом отвозить к матери в другой конец города. На совещание я опоздала на полчаса.

Я тихонько открыла дверь в зал совещаний. Жаль, что не в универе учусь, а работаю. Моё опоздание в универе осталось бы незамеченным. Пробралась за парту и села. Никто бы и не увидел меня. Но я уже не студентка, и это не аудитория, а совещание. Как только открылась дверь, на меня устремились десятки глаз. Все редакторы отделов и их помощники, а ещё Игорь Вячеславович. Нового главного редактора я пока не лицезрела. Он прятался за тучным телом моего шефа.

– Здравствуйте! – громко сказала я, направляясь к свободному стулу.

– А это наш редактор отдела геополитики – Марина Николаевна Вересова, – представил меня Игорь Вячеславович.

– А мы знакомы. Здравствуй, Марина!

Его голос! Нет! Не может быть! Тринадцать лет прошло после нашего внезапного расставания. И вот он здесь и мой начальник! Как изощрённа жизнь в своих поворотах.

На мгновение в зале повисла тишина. Потом шушуканье коллег. Ну как пчёлы в улье. Засуетились, обсуждая и додумывая интересную встречу московской выскочки и журнального тирана.

К слову, меня на работе не очень любили за требовательность к качеству и скорости. За спиною называли «тираном в юбке». Я слишком требовательна к себе, так почему должна закрывать глаза на попустительство других?

Хоть я и пребывала в некоем замешательстве от нежданной встречи, но недолго.

Заняв место за столом, тоже поздоровалась:

– Здравствуй, Кирилл. Давно не виделись.

Мой бывший подошёл ближе. Присаживаясь напротив меня, заметил:

– Да, Марина, больше десяти лет. Смею заметить, ты несколько не изменилась.

А вот этого не стоило говорить. Теперь сплетники додумают за нас нашу прошлую жизнь. Им только дай повод, и фантастический рассказ о Марине и Кирилле готов. Фантазия у журналистов безграничная. Особенно в журнале «Твой мир». У нас даже рубрика непознанного есть. Ну где всякие вурдалаки, оборотни, пришельцы, полтергейсты. Разговоров и домыслов на работе теперь не избежать.

Совещание закончилось. Впервые для меня оно тянулось, а не летело. Я всё время старалась не смотреть на Кирилла. Я не смотрела, а вот он поедал меня глазами. Бесстыдно бегая глазками по мне туда-сюда. Сегодня я была во всеоружии. Всё-таки ждала повышения. Чёрненькое коротенькое платьице с приличным декольте. Золотая подвеска. Причёска. Макияж. Туфли на высоком каблуке. Красавица, да и только. И главное моё достоинство – обручальное кольцо с маленьким, но всё же брильянтом. Смотри, сбежавший жених, я замужем и счастлива.

Мой самоконтроль развеялся, как только я закрыла за собою дверь своего кабинета. Ноги подкашивались. Я села в кресло. Хотелось пить, но графинов с водой у меня, как у Игоря Вячеславовича, не было.

«Надо отвлечься», – решила я.

Выкопав из груды статей пару листочков, я принялась читать. Читала и ничего не понимала, что читаю. Как говорится: «Смотрю в книгу и вижу фигу». Это про меня в тот день.

Как ни пыталась сосредоточиться, никак не получалось. Все мысли улетали на тринадцать лет назад. В то время, когда я была студенткой пятого курса. Красивая. Счастливая. Любимая.

Любимая Кириллом. Мы познакомились на первом курсе универа. Учились вместе. Если есть любовь с первого взгляда, то это про нас. Стоило нам встретиться глазами, и мы уже не расставались ни на минуту. В конце пятого курса даже собрались подать заявление в загс. За день до такого события мой Кирюша исчез. Телефон не отвечал. На госэкзамены не пришёл. Он растворился, словно его и не было в моей жизни. Я тяжело переживала это расставание. Целый год депрессии. Килограммы успокоительных таблеток. Я так и не оправилась от постигшего меня разочарования. Спасибо сестре. Если не она, не знаю, что бы я делала. Настолько близко я была к суициду. Её поддержка мне очень помогла. Через два года после побега моего женишка я познакомилась с Димой. И жизнь наладилась.

До сегодняшнего дня мне казалось, что от любви к Кириллу я излечилась. Но нет! Что-то ещё теплится в моём сердце. Как работать с моим бывшим? Встречаться с ним каждый день в редакции и делать вид, что ничего не происходит? Вряд ли у меня это получится. Так хорошо скрывать свои чувства я не умею, но придётся ради призрачной должности главного редактора.

Ближе к концу рабочего дня Кирилл заглянул ко мне. Без приглашения и разрешения уселся на стул. Хотя какое приглашение? Он теперь шеф. Его право.

– Что тебе надо? – спросила я его, не отрывая глаз от статьи.

Со статьёй Любочки, как всегда, супер. Молодчина. Недавно пришла к нам в журнал, а уже отличилась. Статьи интересные, живые, затрагивающие. Эта девочка напоминает меня в её годы.

– Как работать будем? – запоздало отвечал он вопросом на вопрос, не сводя с меня своих карих глаз. – Палки в колёса друг другу ставить не будем?

– О, Кирилл, это было бы мелочно с моей стороны, – не скрывая сарказма, сказала я.

– Между нами осталось много недосказанного. Расстались, не сказав друг другу ничего, – вытягивая из моих рук листок, говорил он.

Вот теперь мне пришлось поднять на Кирилла глаза. Ох, эти карие глазки… Такие же загадочные и дерзкие. Смотрят, проникая мне в самую душу. Только душа уже не так наивна, как тринадцать лет назад. Я уже не влюблённая девушка в самого желанного студента университета. Я замужняя женщина после тридцати. Взрослая и успешная. На одни и те же грабли не встать, опыта хватает.

– Не помню, чтобы наше расставание как-то задело меня. Ты просто исчез из моей жизни, а я вышла замуж за другого. Вот и всё. Ничего существенного не произошло, – я вытянула из его рук тот же листок и принялась читать его дальше.

– Отлично. Значит, зла друг на друга не держим, – он опять вытащил листок и уже засунул его в стопку таких же статей на моём столе. – У меня есть пара вопросов к тебе.

– Задавай, – откинувшись в кресле, сказала я.

– Я знаю, что занял твоё место. Сожалею, – он скривил на лице якобы сожаление, – но у меня есть предложение. Мне нужна личная помощница. Мой, так сказать, зам. Ты займёшь эту должность. После того как я улечу в Америку, кресло главного редактора твоё. Никто не сможет уже отказать и задвинуть твою кандидатуру. Согласна?

Я долго не думала. Предложение заманчивое.

– Да. А второй вопрос?

– Второй тоже интересен. Как моя помощница, ты летишь со мной в Женеву на саммит по климатическим изменениям. Билеты забронированы. Вылет завтра в семь вечера, – довольно сообщил мне Кирилл о командировке с ним.

– Это скорее не вопрос, а констатация факта, Кирилл Алексеевич, – заметила я. – Согласна, но с одним условием. У нас только профессиональные отношения. Ничего личного.

– Хорошо, – вставая, он вдруг спросил: – А муж не будет против, что ты летишь с шефом в командировку? Не хочу стать причиной вашей ссоры.

– У нас доверительные отношения, – соврала я, не моргнув глазом.

– Рад за вас, – как-то грустно он порадовался.

И также с грустью в глазах посмотрел на меня, закрывая за собою дверь моего кабинета.