ГЛАВА 7

Среда. Саммит по климату прошёл быстро. Так всегда происходит, когда занимаешься любимым делом. Кирилл экспромтом задавал самые каверзные вопросы. Нередко ставя в тупик участников саммита. Я только успевала помечать и записывать, в сотый раз говоря спасибо прогрессу за гаджеты. Не ручкой по бумажке строчить.

Когда саммит закончился, времени оставалось много. Самолёт с забронированными местами для нас вылетает завтра в час дня. А ещё только перевалило за два часа. Чем занять себя полдня сегодня и полдня завтра? Не знаю. Сегодня пообедаю и по магазинам, а завтра прогуляюсь утром. Женева восхитительна. Особенно старинные улочки.

– Может, пообедаем? – подкрался незаметно Кирилл.

– Ой, ты напугал меня! – воскликнула я.

– Прости. Ну что насчёт обеда?

– Я пообедаю, но не с тобой, – сообщила я ему о своих намерениях пообедать одной.

Он хитро улыбнулся.

– Хорошо.

Что это? Кирилл так просто согласился. На него это не похоже. Выяснять, почему он не настаивает, мне не хотелось. Перекинув ремешок сумочки через плечо, я отправилась на поиски подходящего кафе.

Пройдя пару кварталов, я присмотрела одно милое кафе. Уютное и подальше от многолюдных улиц. Сев за столик, заказала кофе и кусочек ягодного пирога. Только принялась наслаждаться своим сладким обедом, как некая тень закрыла меня от солнца. Поднимаю глаза и вздыхаю.

– Кирилл, ты следил за мной?

– Нет. Я тоже решил пообедать в этом кафе, – врал он, улыбаясь. – Ты не против?

Он отодвинул стул и сел. Я не успела запротестовать.

– Уже нет, – отпила я кофе.

– Мне тоже кофе. Только чёрный, без сахара. А к кофе – то же, что взяла моя девушка. – Заказал он подбежавшему официанту.

– Твоя девушка? – улыбнулась я, переспросив. – Ты ничего не путаешь?

– Нет.

– Ясно.

Спорить с Кириллом я не стала. Зачем? Настроение отличное. Выспалась. Вроде с мужем неплохо вчера по телефону поговорили. Его девушка так девушка. Пусть помечтает. Мне не жалко.

– Вкусы не меняются. Чёрный горький кофе, – начала разговор я. – Что ещё осталось неизменным?

Он, как и тринадцать лет назад, наклонил голову набок. Щурясь от ярких лучей, улыбнулся.

– Ещё люблю, когда ты злишься. Твои глаза так горят, что хочется поцеловать тебя, – признался он.

Я опустила так возбуждающие его мои глаза.

– И ещё люблю этот румянец на твоих щеках.

– Довольно, Кирилл, – прошептала я, смущаясь. – Не надо.

– Хорошо. Тогда поговорим о другом общем у нас.

– О чём? – вскинув удивлённо брови, спросила я.

– Не о чём, а о ком. О наших друзьях.

Кириллу принесли его заказ. Он взял чашку в руку, а я словила себя на мысли: «Какая она миниатюрная по сравнению с его ладонью».

Кирилл почти не изменился. Те же ямочки на щеках, стоит ему улыбнуться. Те же карие хитрые глаза. И те же тонкие губы, которые я так любила целовать. Он так же смеётся. Единственное, что изменилось в нём, – это стиль. Джинсы и футболки он сменил на деловые костюмы и дорогие сорочки. И это ему чертовски идёт. Такой сексуально-неотразимый, что глаз не отвести. А отвести придётся. Я замужем. Опять напомнила я себе. Который раз за последние три дня? Сбилась со счёта.

Мы просидели в кафе больше часа. Время так скоротечно, когда вспоминаешь юность. Годы, разделяющие нас, растворились, словно их и не было. Так легко и непринуждённо мы общались. Смеялись, улыбаясь друг другу.

– Почему ты не позвонила мне? – вдруг спросил он, глядя мне в глаза.

Я не поняла вопроса. Куда позвонить? Когда и зачем?

– О чём ты? – только и смогла я сказать.

Он взял мою ладонь в свою и сказал:

– Я должен был уехать, Марина. Мама попала в аварию и была в тяжёлом состоянии. Отец сообщил мне за день до того, как мы собирались подать заявление в загс. Мне срочно нужно было уехать. Я не успел бы на рейс. Звонил тебе из аэропорта. Твоя сестра сказала мне, что передаст мои слова. Номер она записала, куда позвонить.

Он смотрел на меня, а в глазах такая боль. Я этого ничего не знала. Аля мне не сказала о разговоре с Кириллом в тот день. Я пришла к загсу. Ждала. Ждала, не дождалась. Какая запоздалая правда. Правда, которая ничего не в состоянии изменить теперь в моей жизни. И сестра. Неужели она забыла о просьбе Кирилла? Ей было четырнадцать лет тогда. Совсем ребёнок. Могла и забыть.

– А почему ты сам не позвонил? – мой голос уже дрожал.

– Звонил. И попадал на Алю. Она говорила, что тебя нет дома, а потом и вовсе сказала: ты выходишь замуж. Полгода – и ты вышла замуж, Марина, – в его глазах осуждение.

Я смотрела на Кирилла и не верила его словам. Не могла моя сестра так лгать мне. Не полгода, а через три года я вышла замуж. Год я сходила с ума от горя. Два года после расставания пыталась начать жить заново. Жить без него. Кажется, это у меня получилось. Вроде счастливая. На первый взгляд, а копнёшь глубже – и счастья нет. Иллюзия для окружающих нас людей.